banner

Откровенное интервью Газизова: возможный крах «Уфы», продажа Агаларова, работа в «Спартаке»

CEO Владимир Горев специально для Eurostavka поговорил с генеральным директором «Уфы» Шамилем Газизовым. Один из главных топ-менеджеров российского футбола рассказал о финансовых трудностях клуба, самоокупаемости и продаже игроков, работе в «Спартаке» и многом другом.

Откровенное интервью Газизова: возможный крах «Уфы», продажа Агаларова, работа в «Спартаке»
Официальный сайт ФК "Уфа" / fcufa.pro

О финансовых трудностях

— Глава Башкортостана Радий Хабиров объявил, что скоро подпишут нового основного спонсора для «Уфы». Когда это произойдет официально? У Eurostavka есть информация, что эта компания — «Газпром нефтехим Салават».

— Не хотел бы говорить, что это за компания. Это не моя прерогатива, не мой уровень. Глава республики Радий Фаритович (Хабиров — прим. Eurostavka) еще летом четко обозначил, что у клуба будет спонсор в лице большой компании, которая базируется в республике. Нас просили подождать. Сегодня мы ждем, надеемся. 

Сомнений, что это произойдет, у нас нет. Но хотелось бы побыстрее. Мы в довольно стесненных обстоятельствах живем около двух лет, это сказывается на наших результатах. Мы не можем позволить себе игроков определенного уровня. Это сложно. Средняя зарплата в «Уфе» — 400-500 тысяч рублей. Это мало для РПЛ. 

— Ходили слухи, что в «Уфе» есть проблемы с выплатой зарплат футболистам. 

— Нет. В «Уфе» никогда не было таких проблем. У нас зарплата платится. Оне небольшая, но мы выдерживаем свой бюджет, четко планируем его. Если что-то не будет удаваться, значит, что-то продадим. 

О продажах игроков, самоокупаемости, финансовой модели и крахе в случае вылета

— У вас есть звезда — Гамид Агаларов, который в прошлом сезоне играл в ФНЛ. Не случится ли так, что большие клубы типа «Спартака», ЦСКА, «Зенита» захотят его выкупить? Насколько болезненной будет эта потеря?

— Мы вместе с ним и его семьей работали [над тем, чтобы открыть этот талант]. То, что Гамид сегодня идет на первом месте в гонке лучших бомбардиров, — заслуга самого игрока, тренерского штаба и партнеров, которые с ним играют. «Уфа» живет на деньги, вырученные с того, что мы сами вырастили. Если будет предложение, которое устроит нас, мы не будем чинить препятствия футболисту, это было бы неправильно. 

«Уфа» — первый российский клуб, который поставил на поток такую модель. По одной причине: мы давно уже хотим быть самоокупаемыми. Мы хотим, чтобы к нам приходили спонсоры — не такие, чтобы просто так деньги дали и мы их потратили. Хочется сделать так, чтобы все стороны смогли заработать. 

— Насколько получается быть самоокупаемыми? Какая динамика от года к году? 

— Сегодня около 65-70% бюджета «Уфы» покрываются деньгами, вырученные от собственной деятельности. 

— Отсутствие людей на трибунах из-за пандемии сильно подкосило финансовую картину для клуба?

— Для нас, в первую очередь, просто плохо, что на трибунах стало меньше людей. Это главная для нас беда. Думаю, это чисто моральная история. Да, финансовая отчасти тоже: если мы раньше могли зарабатывать от 3 до 5 млн рублей за матч, сейчас это совсем другие деньги. 

— «Уфа» в таблице РПЛ сейчас идет в самом низу. Если предположить, что «Уфа» вылетает в ФНЛ, какова дальнейшая судьба клуба? 

— Для «Уфы» это крах. «Уфы» не будет, если клуб вылетит в ФНЛ. Чтобы потом зайти в РПЛ, нужно будет иметь стадион, соответствующий определенным стандартам. Сегодня «Уфу» терпят, потому что мы находимся внутри. А потом нас просто не пустят. 

«Уфы» не будет в нынешнем виде, если клуб вылетит в ФНЛ — лет на 15-20 это все улетит. Поэтому мы будем стараться, держаться. Ситуация, которая сейчас есть в турнирном плане, мы ее переживем и переломим. Иначе — крах! Прямо вот крах! И я это понимаю. Поверьте, у меня много предложений уехать из «Уфы». Но…

— Возникает вопрос: если «Уфы» вдруг не будет, какова ваша дальнейшая судьба?

— Не знаю. Я вместе со своими партнерами и соратниками рождал «Уфу». Я не думаю об этом. Я уверен, что мы, наоборот, будем в еврокубках. У меня такая уверенность, я стараюсь передать ее всем людям, которые меня окружают. Я не думаю о крахе. 

— Со стороны кажется, что у «Уфы» нет чего-то среднего: клуб либо финиширует около зоны еврокубков, либо борется за выживание. Почему такая нестабильность возникает?

— «Уфа» — клуб, который продает лучших игроков. И после удачного сезона мы заходим с другими футболистами. При такой модели невозможно находиться на высоте и бороться за еврокубки, если ты 3-5 лучших игроков отдаешь каждый год и команда формируется заново. Ну и ребята сами хотят уйти в более успешные клубы, которые борются за еврокубки. 

Если будет спонсор, который перекроет наши определенные проблемы, тогда «Уфа» будет более стабильной в этом плане. То, что делает тот же «Урал», — совсем другая история. 

— Вот вы решили продать игрока, который выстрелил, а к вам приходит тренер: «Шамиль Камилович, ну сколько можно?! Опять с нуля?!» Нет обид, депрессий?

— Специалисты тоже уходят от нас, «Уфа» отпускает их. Это определенная бизнес-модель. Мы сразу говорим: «Если будет предложение, мы удерживать не будем». Тренеры тоже должны набираться здесь опыта и, если есть возможность, уходить. «Уфа» — не ступень, а этап развития. Это разные вещи. 

Родился и умер здесь — не про «Уфу», это неправильно, неверно. Я вижу, чего достигают специалисты, которые уходят от нас. И я вижу в их работе частичку «Уфы». Пусть она не огромная, но мы участвовали в становлении этих людей. Другой модели у «Уфы» не может быть, просто не может! Если у нас изменится финансовая модель — вдруг кто-то захочет вдолгую вложить в клуб — это совсем другое. 

— А вы готовы будете чисто психологически поменять эту модель, если придет крупный спонсор?

— Готов. Она будет видоизменена. Мы объясним спонсору, что деньги, которые он вложит в клуб, не потеряются, а приумножатся. 

— Ну а если спонсор через год придет и скажет, мол, все, забираем деньги — понравился другой — вы готовы будете вернуться к прежней модели?

— Конечно. 

— И болезненного перехода не будет?

— Жизнь продолжается. Зачем сидеть и говорить, что нас бросили. Полтора-два года мы находимся в очень стесненных обстоятельствах. Мы не говорим, что все плохо. Это позволяет нам бороться и находиться в лиге и давать бой большим клубам.

— В одном из интервью вы сказали: «Скоро волейболистов будем брать. У нас денег нет.  Мы не то что купить, а даже на зарплату взять кого-то не можем». Кого вы бы подписали из волейболистов, учитывая, что в следующем году в Уфе пройдет чемпионат мира по волейболу?

— Это был, скорее, месседж, когда мы взяли Эгаша Касинтуру из мини-футбола. Это первый, но большой шаг. Через 2-3 месяца он должен будет получить российское гражданство. Это будет российский игрок, который прогрессирует. Мы же с Григорием Ивановым (президентом «Урала») работали еще в мини-футболе, в Екатеринбурге одна из самых лучших школ, я покупал у них игроков. Это один из вариантов вырастить новых звезд. Волейболисты? Посмотрим, как в футбол играть будут. 

О судействе матчей «Уфы» и других небольших клубов

— Судейство в отношении «Уфы» — справедливое? Нет ли такого, что судейский корпус РФС помогает большим клубам добиваться успеха? Тот же инцидент с Кайо и травмой Агаларова в матче с «Краснодаром» без желтой карточки, игра ЦСКА с «Уралом», когда Григорий Иванов пристыдил судейство. 

— Я могу это все объяснить. Судья — человек. Когда он выходит на поле и судит «Уфу» или ЦСКА, «Спартак» или «Зенит», он понимает, с каким уровнем лобби сталкивается. Судья же не идиот. Он это не делает [целенаправленно], но в голове у него это все сидит, как парадигма. 

Такое не только в России — и в Европе к большим клубам относятся лояльнее. У них больше звезд, узнаваемость — так в жизни все и происходит. Поэтому мы и бьемся с Григорием Викторовичем (Ивановым — президент «Урала»), поэтому и хлопаем их! У нас другого пути нет — мы прямо говорим и пытаемся обратить внимание, что это нечестно. Я рад, что Ашот Рафаилович (Хачатурянц) обращает на это внимание, как и президент РФС (Александр Дюков). Мы это не искореним, но бороться будем!

— А игрокам, тренерскому штабу разве не обидно?

— Обидно, конечно. Ну, вот такое у нас отношение: где Москва, а где условная Уфа и Екатеринбург? Не секрет, что у нас лучшие кадры рвутся в столицу. Не могу назвать это неправильным — это эволюция, так должно быть. Но мы должны бороться, и будем это делать. Я руковожу «Уфой». Естественно, мне ближе к телу это, поэтому я так и реагирую. 

Но хочу сказать о другом: я рад, что сегодня менеджмент клубов вырос намного. То, что сейчас приходят деньги в футбол, говорит о работе менеджмента в клубах, в РФС и РПЛ. Хорошие умы, отличные дядьки в футболе! Это дает рост. И скоро — 100% — российские клубы будут играть весной в плей-офф еврокубков. Осталось подождать немного. То, что я вижу сейчас, какая игра идет, меня наводит на положительный лад. 

Газизов мог возглавить РПЛ?

— Ходили слухи, что после ухода Сергея Прядкина вы — один из двух основных кандидатов на пост президента РПЛ вместе с Ашотом Хачатурянцом. 

— Слухами это все и осталось. «Уфа» одной из первых выдвинула Ашота Рафаиловича на пост президента РПЛ. 

— Вам поступало такое предложение?

— Это не моя работа. Максимум, что могло произойти, — я бы месяц-полтора поработал, передал полномочия до выборов и ушел. Это не моя работа, моя работа — клубная, я привык на земле работать. С чиновниками — вообще не мое. 

— Что не так в русском футболе и что с этим делать: если бы вы были президентом РПЛ, какие основные, пять первых шагов вы бы сделали? 

— Мне нельзя говорить на эти темы. Я буду говорить об этом со своими партнерами, руководителями клубов и Ашотом Рафаиловичем.  Остальное — неправильно. Понятно, что мысли у меня есть. У моих соратников и партнеров — тоже, но они останутся при нас. Но пусть в этом узком кругу из 16 клубов это все и останется. 

О работе в «Спартаке»

— Скучаете по «Спартаку»?

— Ну… Там драйв был! Другая работа… Это сложно.

— Лично для вас или в целом?

— А что сложного для меня? Я был на первом месте и знал, что нужно делать. Я многое поменял. 

— Почему не получилось?

— Не сошлись характерами, так скажу. Меня же не назначили, а уговаривали прийти в «Спартак». И так, и так. Я долго не хотел соглашаться. Я выбивал определенные условия и хотел понять: что я смогу делать? И когда встал вопрос о том, что у меня забирают полномочия — всё. На этом закончились все наши дальнейшие движения. 

— Полномочия забрал сам Федун, или это были знаменитые подковерные «спартаковские» игры?

— Слушайте… Там есть один шеф — вот и все. Он сказал, а кто ему подсказал — другой вопрос. В «Спартаке» есть первое лицо — Леонид Арнольдович, он все решает в клубе. А кто ему подсказывает...

— Спустя какое время у вас забрали полномочия в «Спартаке»?

— Это потихонечку пошло все. Когда «Спартак» был внизу, а потом вышел на первое место, все стали называть это случайностью. Так легко все, оказывается! 

Я не мог не согласиться на такой вызов. Если я приверженец модели, что человек должен прогрессировать, а потом сам это не делаю… Я показал всем футболистами и специалистам: я же это делал! 

— Нет ощущения, что не получилось в «Спартаке»?

— Нет. Это огромный опыт, знакомство с огромным количеством болельщиков, околофутбольных людей, фанатов. Это большая дорога была для меня. Я за пять месяцев экстерном прошел года три-четыре. 

— У болельщиков «Спартака» были большие ожидания, связанные с вашим назначением. Это такая — простите, болельщики «Спартака», — не самая благодарная публика: сегодня тебя любят, а завтра ненавидят. Но очень многие ветераны болельщицкого движения о вашем уходе сожалели и винили все мы знаем, какую женщину. 

— Я был благодарен им. Я встречался с лидерами всех фанатских движений, с большими болельщиками. Я благодарен, что они потратили на меня время, чтобы поговорить со мной. Я многому научился у них. Поверьте, это делает меня сильнее.

Eurostavka благодарит БК BetBoom за помощь в организации съемок и интервью. 

logo
Фрибет без депозита2000 ₽
ЗАБРАТЬ БОНУС
BK icon
Читайте также
Все новости